Сосунок

0 0

Эротическая история «Сосунок» от нашего читателя.

После работы я сидел в ближайшем к метро баре и потягивал пиво. Домой ехать не хотелось, я позвонил жене на мобильный и соврал что задерживаюсь на работе. Посреди недели бар был безлюден и даже бармэн, поставив передо мной бокал куда-то отлучился. Я тупо уставился в один из телевизоров, где шёл бесконечный бейсбольный матч. В этот бар я последнее время забредал довольно регулярно.

— Эй, парень! — я повернулся и увидел здоровенного чёрного сидевшего за соседним табуретом стойки.

— Чего?

Он сидел вполоборота ко мне, типичный чёрный, на вид лет тридцать, довольно спортивного вида, хорошо одет и явно не из тех обкуреных идиотов, что шляются по ночам у метро. Он наклонил голову, присматриваясь ко мне, как будто увидел старого знакомого и заявил:

— Знаешь парень, я е… у твою жену.

Это было сказано, конечно, по-английски, с характерным «афроамериканским» акцентом, но без оскорбительного тона и даже без какого-нибудь вызова, довольно тихо и, я бы даже сказал, доверительно.

Я растерялся, не зная как реагировать. Ну не устраивать же драку — не дети всё-таки… Да и стрёмно в США бить морды в ответ на слова — подгребут копы и будешь кругом виноват. Оглянувшись по сторонам я увидел, что в баре кроме нас была ещё пара человек поодаль, которые явно не слышали сказанного мне — музыка играла довольно громко.

— Тупая шутка, приятель. Что ты имеешь ввиду?

— Ровно то, что я сказал, — он повернулся к стойке отхлебнул пива.

— Эй, откуда ты знаешь мою жену?

— Я видел её с тобой здесь в прошлую пятницу, сосунок.

Вот на «сосунка» я уже обиделся. Тем более, что по-английски он использовал слово «sissy», которое обычно переводят в словарях, как «неженка», но в американском английском это означает явное усомнение говорящего в твоих мужских достоинствах. Я вспылил и хлопнул стакан об стойку так, что заметил несколько повёрнутых в мою сторону голов.

— Эй парень, с тобой всё в порядке? Ты чего от меня добиваешься? Ты хочешь проблем?

— Нет. Я тебе просто сказал. Думал, брат, тебе интересно будет узнать, — он лениво растягивал слова и его спокойствию можно было бы позавидовать.

Странный у него лексикон. То «sissy», то «brother» (то есть брат, то есть «свой», чёрные обычно произносят это слово так — браза). Что он имеет ввиду? Свой парень, друган, но сосунок что ли? Младший бледнолицый брат? Я подумал, что проще всего было бы пересесть от этого идиота подальше и не ввязываться в дальнейшие выяснения, но тут вспомнил, что в прошлую пятницу действительно был здесь с женой.

После восемнадцати лет замужества я уже давно не был особенным ревнивцем, да и жена моя никогда не давала такого повода. Сексуальная жизнь наша стала довольно скучной ещё пару лет назад — и как я не пытался её исправить — ничего не получалось. Целомудренность моей благоверной последнее время не знала границ, все мои попытки её «завести» оканчивались одинаково — изображением наигранного смущения вкупе с плохо скрываемой скукой. Некоторое время это меня ещё злило, а потом я махнул рукой — в конце концов она меня за восемнадцать лет изучила настолько, что шансов на новизну просто не осталось.

Однажды я даже в шутку предложил завести ей любовника, но обернулось это грандиозным скандалом — я бы даже сказал — подозрительно грандиозным, и дальнейших шуток на эту тему я избегал. В конечном итоге я внутри себя пришёл к выводу, что даже если у моей жены и есть любовник — это её личное дело. Чем бы дитя не тешилось, как говорится. Главное, чтобы я об этом не знал.

А тут такое дело… Вот именно он, видите ли, имеет мою жену. Я почувствовал укол возбуждения, смесь ревности и интереса. Несмотря ни на что, это было ново и неожиданно.

Все эти мысли пронеслись у меня в голове и я уже с большим интересом посмотрел на своего странного собеседника. Кажется, это от него не ускользнуло — его рука несущая бокал с пивом на секунду задержалась в воздухе.

— А почему ты думаешь, что это моя жена? — я понял, что говорю что-то не то, и он насмешливо улыбнулся в ответ:

— Нет действительно? — я пожал плечами — И ей нравится это?

— О да!

— OK, тогда никаких проблем, — я вернулся к своему бокалу, помолчал и добавил, передразнив его манеру говорить — «браза».

В конце концов, какого чёрта? Прикалывается мужик, то ли от делать нечего, то ли на конфликт явно вызывает… Пошутили — и хватит.

— Я смотрю, брат, ты не веришь мне?

— Конечно нет!

— У твоей Ирины на киске родинка вот тут — он показал положение родинки на своих толстых растопыренных пальцах — и последние месячные кончились в прошлую среду.

Как говорят в Америке — упс! Вот это да! Я лихорадочно пытался понять, насколько можно было бы это узнать… Ну имя — ещё понятно. А про месячные, например? Что он, в туалете подсматривает? Нет — глупо. Да и родинку он показал правильно, а увидеть её можно только раскрыв рукой складочку между правой губкой и ногой моей Ирочки. Я посмотрел на него снова и оторопел — большим и указательным пальцем левой руки он изобразил как раздвигает складочку на коже среднего пальца правой. Согнутый средний и указательный палец очевидно показывали киску моей жены. Получалось очень похоже.

— Хочешь узнать побольше, брат? — он встал с табурета — Тогда пойдём…

Я машинально последовал за ним, потом, вспомнив, вернулся и оставил деньги за пиво. Он ждал в дверях.

Мы пошли к парковке. Я ожидал увидеть какого-нибудь ржавого динозавра, на которых обыкновенно разъезжают чёрные, но мы подошли к новенькой Ауди. Поколебавшись, я сел в машину. Это парень меня здорово заинтриговал. Пока мы ехали, я крутил в кармане мобильник, пытаясь нащупать кнопку «9», и посматривал в окно — не едем ли мы в какой-нибудь отпетый район, где бледнолицему перережут глотку в пять минут — но мы пока оставались в пределах респектабельности.

— Я е… у русских женщин только — простодушно заявил мой собеседник, пока мы стояли на светофоре — Они самые лучшие. А твоя жена — просто настоящая шлюха. Я ей сказал побрить киску.

И опять он был прав — моя женушка никогда не брила свой лобок — только подравнивала, несмотря на все мои просьбы, а тут пару месяцев назад, к моему удивлению оставила только узкую полосочку. Это меня настолько возбудило, что у нас даже пару раз был неплохой секс, но потом всё вернулось к обычной скуке.

А ещё, примерно два месяца тому назад, она стала договариваться с подругой, что один день в неделю каждая сидит с детьми, чтобы у другой было время «походить спокойно по магазинам». Моя жена оставляла нашего младшего ребёнка по средам (старший уже давно гулял сам по себе). И сегодня была как раз среда. Всё-таки мы, мужчины, ужасно недогадливые. Можно было бы сообразить…

Он остановил машину у какого-то таунхауза. О, я знал этот район — денег на таунхауз в таком месте у меня точно не хватило бы, но чёрный парень без обиняков заехал на дорожку у гаража.

— Пойдём, — повернулся он ко мне, открыв свою дверь, — тебе понравится.

Мы расположились в гостиной, мой новый знакомый принёс две бутылки пива, потом снял с каминной полки тонкую пачку фотографий и протянул мне.

На фотографиях… да… это была моя жена и этот вот тип — ничего особенного, впрочем — обычные любительские фотографии: на фоне машины, за столом в ресторане, в этой гостиной, вот она одетая сидит с ним на кровати в какой-то спальне… и всё. Собственно, зная свою жену я был вполне уверен, что она и не разрешит фотографировать себя обнажённой, но сам факт того, что моя жена здесь была — с этим чёрным парнем неожиданно меня очень сильно возбудил.

Я представил как он обнимает её голую на кровати и у меня просто перехватило дыхание.

— Тебе нравится, брат?

— В общем — да. Только зачем это всё?..

— Твоя подруга попросила меня. Так будет лучше и никто никого не будет обманывать.

— Какая ещё подруга? Ирина?

— Нет, другая — Наташа.

— Какая Наташа?

— Продавщица из русского магазина.

Я знал эту Наташу. Она всегда одевалась как шлюха, и раз в неделю, когда я заходил в русский магазин, я глазел на неё. Мне всегда хотелось её, но увы — это требовало слишком больших усилий и времени, которого у меня никогда не было. Она всегда смотрела на меня приглашающе, а когда мы были с женой я всегда замечал ревнивый взгляд, которым она её награждала, когда жена отворачивалась. Моей подругой она, очевидно, не была, хотя какая-то странная связь между нами была. В магазине обычно работали две продавщицы, но когда бы я не приходил и какая бы ни была очередь — обслуживала меня всегда Наташа. Когда я протягивал карточку и когда она возвращала её, наши руки всегда соприкасались, хотя это было совершенно излишне. Я знал, что у неё есть муж и ребёнок, я знал, что она живёт неподалёку от магазина, но наше общение никогда не выходило за пару стандартных фраз.

— Она тоже твоя любовница?

— Да — она и твоя жена. Ты ей нравишься, хоть ты и сосунок, брат.

— Почему я сосунок?

— Ты хочешь увидеть?

Он встал, я опять последовал за ним. К моему удивлению, он зашёл в спальню — ту самую, что была на фотографии. «Вот на этой кровати он её…» — подумал я и мне пришлось рукой поправить свой член под штанами, чтобы он смотрел вверх.

— Смотри, брат — сказал чёрный и достал из штанов свой член.

Член у него был довольно внушительный, но не сказать чтобы гигантский — может сантиметров двадцать, но не больше. Он не стоял полностью, а свисал приподнятой полудугой.

— Ну а теперь покажи своего дружка!

После некоторой паузы я расстегнул ширинку и оттуда облегчённо выпрыгнул мой инструмент — ему последние пять минут явно было тесновато в штанах. Не сказать, чтобы он был у меня маленький — вполне стандартный, сантиметров шестнадцать и довольно толстый. Но в сравнении я, конечно, проигрывал. Лишние сантиметры конкурента смотрелись довольно увесисто, кроме того у него была большая пухлая головка, значительно больше моей.

Я никогда не считал себя голубым, но тут вдруг осознал насколько меня возбуждает вся эта ситуация — я, извините, меряюсь с любовником своей жены, причём проигрываю. Мне вдруг к своему стыду захотелось взять этот член в руку или даже в рот — я, наверное, почувствовал то самое любопытство, которое движет женщинами. Я заколебался, борясь сам с собой, но тут он положил мне руки на плечи и фактически поставил меня на колени. Его черный шланг оказался прямо перед моим лицом. Я контрастно представил, как этот инструмент входит в белоснежное лоно моей супруги и замычав от возбуждения, схватил его рукой. Чувствовать чужой член в руке было неожиданно приятно — он медленно пульсировал и распрямлялся. Я неуверенно тронул губами чёрную горячую головку. У меня застучало в висках. Тут я неожиданно понял, что меня совершенно не интересует секс с этим парнем и возбуждает меня именно осознание того, что у моей жены есть чёрный любовник.

Я хотел подняться, когда вдруг почувствовал как кто-то обнимает меня сзади за плечи. Я обернулся и увидел Наташу — ту самую. Я не заметил, как она вошла. Волна стыда пронзила меня — она видела моё унижение! Я опять хотел встать, но тут заметил, что Наташа улыбается мне. Она быстро переместилась так что чёрный пенис оказался между нами. Её глаза затуманились.

— Поцелуй меня — прошептала она по-русски. Я потянулся к её губам.

— Нет, не так — улыбнулась она и рукой потянула чёрный член так, что его головка оказалась между нашими губами. Секунду я колебался, но глаза её были такие озорные и приглашающие, что мы сомкнулись в этом странном поцелуе. Это была непонятная игра, но восхитительная! Наши языки гуляли вокруг головки, встречаясь друг с другом, наши губы почти касались, я пытался уклониться, чтобы целовать только её, но она перемещалась, играя, так, головка опять оказывалась между нами. Я мог бы пойти напролом, но это очевидно разрушило бы всю игру…

— У Боба такой сладкий… — прошептала она и, оттолкнув меня взяла головку целиком в рот.

Потом, как в тумане, мы срывали друг с друга остатки одежды. Боб улёгся на спине, Наташа со стонами облизывала и сосала член Боба, а я, стоя на коленях, целовал великолепную Наташину щелочку. Это была ещё одна неожиданная игра. Наташа крутила задницей, подставляя под мой язык разные места своих полных губок, капюшона клитора, входа во влагалище. Я физически ощущал, как ей хорошо, её стоны и мычания совпадали с движениями моего языка, она вся была мокрая и возбуждённая, я сходил с ума от её запаха и ничего не видел кроме её попочки и изгиба спины.

Наташа стала легонько отодвигаться от моего рта, я следовал за ней. Каждый раз, когда мой язык догонял её, она благодарно крутила тазом, даже двигалась мне навстречу, разрешая мне ещё чуть-чуть погладить её, стонала, счастливо смеялась и отодвигалась ещё чуть-чуть. Так продолжалось много раз, пока я не почувствовал как что-то упирается снизу мне в губы. Я отодвинулся и увидел чёрную головку Боба — он явно был очень возбужден и вниз уже стекала прозрачная капля смазки. Чертовка, оказывается просто таким образом несла свою возбуждённую киску своему чёрному любовнику. Она поняла, что цель достигнута, засмеялась сладострастно, взяла рукой член Боба и отправила его в свою щёлку. Боб легко вошёл полностью — ещё бы — после такой подготовки. Боб сразу начал делать интенсивные движения и черный ствол его мгновенно стал мокрым и блестящим от её соков. Теперь они уже двигались вместе и мне явно было нечем помочь на этом празднике жизни. Я отодвинулся и начал просто смотреть как член появляется и исчезает в ней, как ласково её губы обнимают член любовника, как при каждом толчке они уходят внутрь, а на обратном ходу вытягиваются и обнимают чёрную опять оказывалась между нами. Я мог бы пойти напролом, но это очевидно разрушило бы всю игру…

— У Боба такой сладкий… — прошептала она и, оттолкнув меня взяла головку целиком в рот.

Потом, как в тумане, мы срывали друг с друга остатки одежды. Боб улёгся на спине, Наташа со стонами облизывала и сосала член Боба, а я, стоя на коленях, целовал великолепную Наташину щелочку. Это была ещё одна неожиданная игра. Наташа крутила задницей, подставляя под мой язык разные места своих полных губок, капюшона клитора, входа во влагалище. Я физически ощущал, как ей хорошо, её стоны и мычания совпадали с движениями моего языка, она вся была мокрая и возбуждённая, я сходил с ума от её запаха и ничего не видел кроме её попочки и изгиба спины.

Наташа стала легонько отодвигаться от моего рта, я следовал за ней. Каждый раз, когда мой язык догонял её, она благодарно крутила тазом, даже двигалась мне навстречу, разрешая мне ещё чуть-чуть погладить её, стонала, счастливо смеялась и отодвигалась ещё чуть-чуть. Так продолжалось много раз, пока я не почувствовал как что-то упирается снизу мне в губы. Я отодвинулся и увидел чёрную головку Боба — он явно был очень возбужден и вниз уже стекала прозрачная капля смазки. Чертовка, оказывается просто таким образом несла свою возбуждённую киску своему чёрному любовнику. Она поняла, что цель достигнута, засмеялась сладострастно, взяла рукой член Боба и отправила его в свою щёлку. Боб легко вошёл полностью — ещё бы — после такой подготовки. Боб сразу начал делать интенсивные движения и черный ствол его мгновенно стал мокрым и блестящим от её соков. Теперь они уже двигались вместе и мне явно было нечем помочь на этом празднике жизни. Я отодвинулся и начал просто смотреть как член появляется и исчезает в ней, как ласково её губы обнимают член любовника, как при каждом толчке они уходят внутрь, а на обратном ходу вытягиваются и обнимают чёрную кожу, оставляя за собой мокрые полосочки. Такой порнухи я ещё никогда не видел. Я боялся дотронуться до своего члена, зная, что наверное, не выдержу и секунды. От Наташиных стонов, хлюпающих звуков, скрипения кровати, колыхания её задницы мне стало тяжело дышать. Я просто физически увидел, как она кончила, с каким-то всхлипом, её таз задержался на несколько секунд неподвижно и затем сделал несколько коротких движений, насадившись на член Боба до самого основания. Затем настало расслабление, вздох, они продолжали ещё и Наташа ещё раз кончила. На этот раз я уже лежал головой на простыне и вдруг сбоку от чёрного блестящего члена увидел пульсирующую пуговку её возбуждённого клитора. Это было слишком, я не выдержал и начал мастурбировать и в этот же момент увидел, как чёрный ствол Боба покрылся белыми подтёками спермы — он кончил в Наташу. Я бурно кончил в то же мгновение.

Некоторое время мы лежали неподвижно. Потом Наташа приподнялась и член Боба выпал из неё. Я заметил, что инструмент его не опал полностью — он был примерно также полувозбуждён как и когда я его увидел в первый раз, только головка была вся в белой пелене. Из Наташи на её ноги вытекло несколько струек спермы, ещё одна повисла тягучей каплей — она всё ещё была возбуждена и открыта. Они целовались. Я сел на кровати, не вполне зная что делать. Мой инструмент на удивление продолжал стоять. Я стал пододвигаться к Наташе, чтобы войти в неё и уже положил руки на её бёдра, но тут она подняла голову и …перевернулась на спину, ловко пронеся ногу над моей головой.

— Погоди, — сказала она деловито — успеешь ещё. Побереги силы.

Я обратил внимание, что Наташа разговаривает со мной исключительно по-русски. Это создавало удивительное ощущение интимности — я был готов поспорить, что Боб по-русски ни знает ни слова.

Она беззастенчиво поиграла со своей уже закрывшейся щелочкой — засунула в неё два пальца, сделала круговое движение и достала. Пальцы были мокрые от спермы. Она встала, провожаемая моим страстным взглядом, пошла в ванную и оттуда вскоре донёсся шум воды.

Боб лежал, положив руки за голову. Он больше не привлекал моего внимания, ни как любовник моей жены, ни, тем более, как сексуальный партнёр — мне хотелось только Наташу.

— Ну что, сосунок? Понравилось?

— Слушай, заканчивай называть меня «сосунком», я не любитель рабства и подчинения.

Боб посмотрел на меня с усмешкой:

— Но ты же сосал моего петуха?

— Исключительно из любопытства. И потому, что Наташа так хотела. Я не голубой.

— Ты не голубой — согласился Боб — И я тоже не голубой. Ты сосунок — понял? Твоя жена принадлежит мне, а ты, брат, номер два. Это не то же самое, что голубой. Просто я настоящий мужчина — а ты сосунок, брат, ясно? Но я тебе разрешаю е… ать моих женщин — если они захотят, конечно, — он сел на кровати и продолжил:

— Но я всегда буду иметь их, когда я захочу… И, пожалуйста, брат, без обид — принеси нам три пива из холодильника.

Тон у Боба был как всегда — вежливый, очень уверенный, с небольшой ленцой, без каких-либо признаков оскорбительности. Я заметил, что матюгался он исключительно для называния вещей своими именами, что было довольно редким явлением.

«Ты сосунок, брат». Ну ладно, «настоящий мужчина», хрен с тобой — впрочем, Наташку ты здорово отодрал, ничего не скажешь. Я лениво пошёл за пивом.

Когда я наконец нашёл холодильник, пиво и возвращался, Наташа встретила меня на выходе из кухни. Она была в коротком халатике накинутом на голое тело. Полы халата не были запахнуты, открывая сверху ямочку между грудей, а снизу — бритый лобок. Мой, было опавший член, снова встрепенулся. Она заметила это и улыбнулась. Когда я приблизился, она крепко взяла меня за член и потянула за собой. Руки у меня были заняты пивом и я с удовольствием подчинился. Она вернула меня обратно на кухню.

— Постой здесь секундочку.

Я хотел обнять её, но не мог поставить пиво, а она играла со мной в новую игру, держа мой член на вытянутой руке, не давая себя обнять. Когда ей «нравилось» моё поведение она тихонько поддрачивала мой член, если же я начинал приближаться она пятилась назад подтягивая меня за собой. Я быстро усвоил правила и мы провели несколько увлекательных минут. Я балансировал на грани наслаждения от её рук и желания обнять её. Наконец, она дала понять что игра закончилась и потянула меня из кухни через гостиную — теперь она шла сбоку от меня. Мы прошли мимо закрытых дверей спальни.

— Погоди, стой здесь — шепнула она, взяла у меня одну бутылку и зашла в спальню. Я услышал как она говорит Бобу по-английски — «Я люблю тебя» и «Ты самый лучший» и в очередной раз за сегодня я почувствовал укол ревности. Потом я услышал звуки поцелуев и Наташа снова показалась в дверях. На секунду мне показалось, что прошло слишком мало времени между поцелуями и её появлением и в спальне есть ещё кто-то, но тут она взяла мой член двумя пальцами, закрыла дверь сзади и легко направила меня к дверям другой спальни.

Вторая спальня была меньше по размеру, но здесь, кроме кровати, был ещё столик и телевизор. Я, наконец, поставил пиво и сразу обнял её за бёдра. Она положила руки мне на плечи. Некоторое время мы стояли неподвижно, чувствуя как страсть и дрожь наливается в наших телах, потом это переполнило нас, мы прижались как можно теснее и начали целоваться.

— Ну давай же, — прошептала она и я как обезумевший накинулся на неё. Я боялся, что кончу моментально, но, по-счастью, на второй раз у меня был больший запас выносливости. Но как только я почувствовал, как она пульсирует в оргазме — ничто не могло больше меня удержать. Я кончил и ощутил себя абсолютно опустошённым.

— Я люблю тебя, ты самый нежный, — сказала она.

— И я люблю тебя, я всегда тебя хотел.

— Я знаю. С Бобом это вообще была моя идея. Я не знала как с тобой встретиться.

— А что Боб?

Она увидела моё недоумение, повернулась на бок и сказала серьёзно:

— Ты просто не понимаешь. Боб — это бык-производитель. Ни одна женщина не может перед ним устоять. Он просто как… — она задумалась, пытаясь найти слово — понимаешь, в нём есть что-то животное, дикое, настоящее. Он просто подавляет, ему можно только принадлежать, совсем принадлежать, как скотина…

— Ну ладно, а зачем тогда я?

— Ты? Ты умный, — она взяла меня за руку, — ты — нежный. Ты ласковый. Тебе можно не принадлежать, тебя можно просто так любить. Я не могу объяснить. Вот, например, Бобу нельзя не дать — он всё равно возьмёт…

— А мне можно?

— Ну я ведь попросила тебя подождать — и ты подождал? — она помолчала.

— С тобой можно играть… И Ира твоя любит тебя за это. А она говорила мне, что с тобой очень хорошо, надёжно, уютно, но в сексе ты… — она опять задумалась, выбирая выражение.

— Что, слабак? — решил помочь я.

— Да нет, почему? Я же только что с тобой кончила, прямо здесь, на этом месте, — она ласково потрепала меня по щеке.

— Ты просто, ну… другой… слишком интеллигентный что ли… Только не пытайся стать грубым — у тебя всё равно не получится.

Дверь приоткрылась и показалась голова Боба:

— Натали, — позвал он тихо.

Она проворно вскочила на ноги:

— Извини… подождешь меня? Пожалуйста? Хорошо? Не выходи пока…

Она выпорхнула в дверь и через минуту я услышал скрип кровати и стоны.

У меня не было никакого желания идти любоваться на эту парочку, хотя с каждой секундой я чувствовал как нарастает возбуждение.

Я прикрыл дверь в спальню и попытался понять — что происходит. Пока я получил в награду фантастическую любовницу, о которой можно было только мечтать. Конечно, она принадлежала Бобу, но, в некотором смысле, она только что изменила Бобу со мной. И Боб не возражает. Свингер хренов. Дальше, с женой было совсем непонятно. Она была здесь — факт, но пока я склонялся к мысли, что всё это просто хитроумный план Наташи, чтобы встретиться со мной. В конце концов, даже если Боб с ней спал — я только что спал с его подругой. Так что мы квиты. В общем, «ничего себе неделька начинается».

Я посмотрел на часы — пора уже было и домой собираться, впрочем одежда моя всё равно осталась лежать на полу в другой спальне, так что придётся дождаться пока они кончат.

Чтобы отвлечься от всё ещё просачивающихся в комнату возбуждающих звуков — видимо дверь в первую спальню осталась открытой — я решил включить телевизор. На экране появилось изображение Наташи, лежащей на спине с задранными ногами, чёрное тело Боба работало сверху как паровая машина. По синхронным стонам, доносившимся из-за двери было понятно, что это не запись — камера была установлена где-то в углу. Наташа как раз изогнула спину и запрокинула голову, глаза её были закрыты, рот полуоткрыт, из её груди вырвался животный стон и она вся замерла на несколько секунд, в то время как Боб продолжал неистово поднимать и опускать свои ягодицы на её лоне. Когда этот приступ оргазма кончился …она опустила спину на кровать, тяжело выдохнула, но буквально через секунду всё повторилось — изогнутая спина, животный крик, её руки непроизвольно двигались по простыни.

Я заворожено смотрел, как она кончает — раз за разом — и даже не сразу заметил, что в правом верхнем углу экрана видно голое женское бедро и бок. Хозяйки тела не было видно за верхним срезом экрана, но я сразу узнал — кто это. И меня охватил неожиданный, бесконтрольный, бешеный приступ ревности. Все мои либеральные идеи по-поводу открытых взаимоотношений в браке просто утонули в нём, как пробка в водопаде! Но вместо того, чтобы бежать, что-то делать, я стоял как прикованный, с торчащим членом и смотрел заворожено, как моя обнажённая жена садится на кровать рядом с Бобом, кладёт руки ему на плечи и целует его в шею. Казалось, что ещё нет, что ещё ничего не произойдёт, я отказывался верить в очевидное. Экран телевизора добавлял нереальности, увеличивал расстояние, убирал объём, переносил действие в область сознания, где было легко убедить себя, что это не Ирочка, а кто-то другой, похожий, что всё это сон…

Боб остановил свои бешеные движения, повернулся и ласковым движением руки положил мою жену рядом с Наташей. Моя Ирочка послушно задрала ноги, дотронулось своей ногой до торчащей в воздухе ноги Наташи и ласково потерлась об неё. Наташа вышла из транса, улыбнулась моей жене и они засмеялись друг другу и поцеловались. В это время Боб переместился на мою жену и без особенных приготовлений засадил свой инструмент моей жене между ног! Я выдохнул, я готов был отвернуться, закрыть глаза, закричать, чтобы не видеть этого, но тут новое неизведанное чувство подступило ко мне. Я любил свою жену и я видел, что она счастлива! Ревность подступала и уходила волнами, всё во что я верил переосмысливалось, какие-то идеи внутри меня превращались из пустых деклараций в реальность.

Я неожиданно успокоился. Интересно, когда же она пришла? Или… Я вдруг понял, зачем Наташа задержала меня на кухне — она просто не хотела, чтобы я встретился со своей женой! Значит, она уже была в спальне у Боба не меньше десяти минут!

Тем временем Ирочка начала целовать Боба в губы и интенсивно двигать тазом навстречу ему. Наташа тихонько сползла с кровати и через секунду она вошла ко мне в комнату:

— Эй дружок, а ты готов увидеть… — прошептала она, но увидела включённый экран и не закончила фразы.

Я притянул её к себе и усадил на диван.

— Нет, нет, пожалуйста, не сейчас, — засопротивлялась она, — я больше не могу, я же не железная, дай мне отдохнуть, — она погладила мой бок.

— Милый, милый… Интересно смотреть на свою жену? Не сердись только.

Она была великолепна — игривое настроение перемежалось в ней с нежностью и с серьёзностью в одной фразе. Она взяла мой член в рот. Действие на экране продолжалось. Я никогда не видел свою жену такой. Она отдавалась Бобу страстно и активно. Иногда Боб просто выпрямлялся на руках, а моя Ирочка, опустив согнутые ноги на кровать, как хищная кошка насаживалась на него снизу. Она держала его за чёрный зад и просто вводила его в себя, поднимая свою попочку над кроватью. Наконец, она кончила — как всегда — тяжело и беззвучно, её тело почти не реагировало, но я видел как она сжимает и разжимает ляжки — верный признак её оргазма. Обычно после этого она отталкивала меня — ей нужно было отдохнуть несколько минут и только после этого она разрешала мне продолжать. Множественных оргазмов у неё со мной, впрочем, не было никогда.

С Бобом всё было по другому — теперь он двигался в ней — и она не возражала, просто лежала на кровати, задрав согнутые ноги. Через несколько минут к моему удивлению она кончила снова, я видел как заходили из стороны в сторону её колени, обнимая ляжки Боба. Теперь, впрочем, она уже хотела отдохнуть, распрямилась и пыталась держать Боба за задницу, чтобы тот сбавил темп. Боб почти остановился и теперь они просто лежали друг на друге. Моя ревность больше не проявлялась — видимо, этому способствовала активная деятельность Наташи. Неожиданно Боб вытащил свой инструмент из моей жены и начал кончать. Струи спермы вылетали из его агрегата и падали моей жене на грудь. Она взяла его рукой его за член — так же как брала обычно мой, только теперь она изогнулась и взяла его обспермленую чёрную головку в рот. Я почувствовал нечто вроде зависти — мне такого никогда не доставалась. С другой стороны я был благодарен Бобу за аккуратность — он явно знал, что моя жена не предохраняется и что месячные кончились неделю назад. Но больше всего я был рад за свою Ирочку, за то что ей было хорошо…

Я опустил голову и погладил Наташины волосы, когда я снова поднял глаза, в кадре был только Боб, спокойно отхлёбывающий пиво — моя жена, видимо, пошла в ванную. Боб повернулся в сторону камеры и, улыбаясь, торжествующе показал средний палец. Было понятно, кому он это адресовал, но я, по-моему, уже начал привыкать к его манерам.

Несмотря на все Наташины усилия, я так и не кончил. Она оторвалась от меня, бросила взгляд на экран и сказала:

— Ничего. Порадуешь ещё свою жену вечером. Дай я тебе одежду принесу — и пойдём отсюда, пока она моется. А то ещё наделаешь глупостей.

Через несколько минут мы ехали в её машине.

— Слушай, неужели она знает, что я её видел?

Наташа покачала головой:

— Нет. И не надо ей рассказывать ничего. Хорошо?

Уж я то свою жену знал как облупленную и рассказывать ничего не собирался.

— Конечно не буду.

— И правильно. Боб сделает из неё такую шлюшку, что тебе на всю жизнь хватит.

— А как же ты?

— А что — у тебя не может быть любовницы? Ты что думаешь — я с кем попало трахаюсь? Только ты и Боб. Мне больше никто не нужен.

Я поразился — мы разговаривали с ней так, как будто знали друг друга лет десять.

— Я думал у тебя есть муж.

— У меня был муж. — она сделала ударение на слове «был», — Алименты платит, — она хмыкнула, как будто вспомнила что-то.

— А почему ты не хочешь выйти замуж за Боба?

— А зачем? Во-первых, Боб не захочет, во-вторых, вся русская комьюнити будет с ума сходить — Наташка за негра выскочила — нафиг мне это надо?

— Он чем по-жизни занимается то?

— Кто — Бобби? Да он бизнесмен. Ему принадлежит половина русского магазина.

Ого! Но во всяком случае многое встало на свои места:

— Ну дела! Так у нас скоро там будут ямс и бататы продавать?

— Не волнуйся, закупками я руковожу. Он в магазине совсем не появляется. Знаешь — наши на самом деле такие расисты. Узнают что чёрный хозяин магазина и перестанут ходить.

Зазвонил телефон. Это была Ира.

— Жена звонит — останови машину пожалуйста.

Наташа понимающе кивнула и приложила палец к губам. Даже двигатель заглушила — я бы не догадался.

— Ты где там? Я тебе на работу звонила — никто трубку не берёт, — начала жена.

Было удивительно слушать её обычный уверенный голос — я то знал, что она делала буквально десять минут назад. Я даже был уверен, что она звонит из спальни Боба!

— Да уже иду к метро. Я в лаборатории сидел — надо было на мобильный звонить.

— Ну ладно. Я сейчас забираю Ваню и еду домой.

— Хорошо, целую тебя, пока!

— Пока!

Она повесила трубку.

— Всё в порядке?

— Ну, знаешь, это как сказать. Я никогда бы не мог подумать…

— Слушай, дружок, ну хватит ревновать, — перебила она меня, — не мaльчик ведь. Наслаждайся тем, что имеешь. Она завела машину, наклонилась к моему уху, поцеловала нежно и шепнула, смеясь:

— Сосунок.

Вам также могут понравиться

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.